Ларс Ульрих «работает усерднее», чтобы оставаться в форме для физически сложных концертных выступлений

[Metallica.ru]

9 и 10 октября Калифорнийский институт кино на кинофестивале Mill Valley Film Festival провёл показ документального фильма «Metallica Saved My Life», посвященного тому, как группа из Сан-Франциско изменила жизнь своих поклонников. Показ фильма состоялся в кинотеатре Sequoia Cinema в Милл-Вэлли, Калифорния. Ларс Ульрих и режиссер фильма «Metallica Saved My Life» Йонас Окерлунд приняли участие в беседе после показа.

На вопрос одного из участников мероприятия о том, как возможно, что с возрастом его «ноги стали быстрее», Ларс ответил: «Спасибо за все это. Не знаю, согласен ли я с этим на все сто процентов, но приму комплимент».

Он продолжил: «Короче говоря, я просто вкладываю в свою форму гораздо больше усилий, чем раньше. Я вырос в мире спорта и всегда привносил часть этого в свой подход к игре на барабанах, к лучшему или к худшему. И поэтому я до сих пор думаю о том, что... Я вырос в окружении теннисной элиты, мой отец был профессиональным теннисистом, и я представлял себе, что пойду по его стопам, пока мне не исполнилось 16 или 17 лет. Но когда я думаю о теннисе, о теннисистах, они достигают пика своей карьеры, когда им за двадцать, а к годам к 35-36 начинают задаваться вопросом: «Ладно, когда он уйдёт на пенсию? Когда уйдёт Федерер? Когда Джокович?» »Это его последний турнир, последний US Open?» Бла-бла-бла. Итак, многие люди, занимающиеся профессиональным спортом или чем-то еще, обычно к концу тридцати - началу сорока лет начинают сбавлять обороты. В рок-н-ролле так не работает. И нет разных возрастных групп. Нет такого, что «Все рок-группы старше 45 лет входят в эту группы, а все младше 45 лет - вот в эту...». Так что это не то же самое, что в теннисе или в других видах спорта, где есть что-то вроде «предпенсионного возраста» или чего-то в этом роде. Это просто одна большая тусовка. Так что ты просто выходишь на сцену, в свои шестьдесят с небольшим, и соревнуешься с парнями и девушками, которым по двадцать или по тридцать, и поэтому ты должен быть в лучшей форме. И поэтому я просто работаю над своей формой ещё усерднее. Я называю это выбором образа жизни. Но я, безусловно, сейчас гораздо больше связан с этим, настроен на это и нахожусь на вершине всего этого. И мы также — все четверо, каждый по-своему — гораздо осторожнее относимся к тому, чтобы подвергать себя опасности, или к тому, чтобы с нами путешествовали люди, которые могут помочь нам предотвратить травмы, будь то плечи, колени, запястья, шея, горло или что-то еще. Так что все это просто попытка сохранить форму. Кроме того, я стал немного стройнее, чем десять лет назад, спасибо Taco Bell и всему остальному, что происходило в то время. И если мои ноги стали легче, то это, безусловно, связано с тем, что я называю выбором образа жизни, то есть с диетой, режимом тренировок и всем остальным».

Ульрих добавил: «Когда мы начинали, в рок-н-ролле по сути не было никого в возрасте пятидесяти-шестидесяти лет; самые старшие рок-н-ролльщики того времени были в возрасте тридцати с чем-то — Маккартни, Мик Джаггер и все эти парни были буквально в конце своего третьего десятка. И поэтому идея, что можно играть рок-н-ролл в шестьдесят, семьдесят или восемьдесят лет, как сейчас Маккартни и, скажем, Джаггер, была абсурдной. Такого не было. Это было почти полной противоположностью тому, что представлял собой рок-н-ролл. Как сказали Пит Таунсенд и Роджер Долтри в своих бессмертных словах: «Я надеюсь умереть, прежде чем состарюсь». Поэтому, когда сейчас ты занимаешься этим в шестьдесят лет и надеешься оставаться активным и в какой-то мере актуальным еще 10 или 20 лет, ты должен быть на высоте во всех этих вопросах».

[Sergio]

Ну штош. Если это так - то в добрый путь, Ларц. Здоровья тебе. Долби - как можешь, а там потомки оценят и напишут.